Израильская исследовательница рассказала о важности хлеба в эпоху Танаха

В интервью Йотаму Штейнману эксперт по древнему сельскому хозяйству д-р Това Дикштейн рассказала о том, как в библейскую эпоху хлеб был не просто продуктом питания, а основой цивилизации, валютой, религиозным символом и маркером этнической принадлежности.

По словам Дикштейн, история зерна в ближневосточном регионе – это история биотехнологической революции. Древнейшей культурой, которую человек одомашнил на этой земле, была не пшеница в современном понимании, а полба, или пшеница-однозернянка. Ее главным недостатком были плотные, почти неотделимые чешуйки, что делало обработку крайне трудоемкой. Следующим этапом стал "дурум" – твердая пшеница, ставшая основой местного земледелия на тысячи лет.

"Главное заблуждение, – подчеркивает Дикштейн, – заключается в том, что герои Танаха ели воздушные питы или пышные халы. Дурум дает тяжелое, плотное, малопористое тесто. Основным хлебом были лепешки, часто пресные, или плотные, невысокие караваи. Знакомый нам пышный хлеб из мягкой, высокобелковой пшеницы появился здесь лишь в XX веке".

Диета как маркер идентичности ярко проявляется в истории Йосефа. Фраза "ибо египтяне не могут есть с евреями, потому что это мерзость для египтян" долгое время ставила в тупик комментаторов. Современные исследования проясняют ситуацию. Египтяне – оседлая земледельческая цивилизация с развитой кухней, включавшей пиво и разнообразный хлеб, выпекаемый в закрытых печах. Кочевники-скотоводы, к которым относились сыновья праотца Яакова, питались в основном молочными продуктами, мясом и пресными лепешками, испеченными на открытом огне.

Таким образом, общий стол был невозможен не из-за личной неприязни, а из-за культурного и религиозного табу. Их разделяла не только посуда, но и самая концепция пищи. Позже, во время Исхода, предписание есть пресный хлеб (мацу) на Песах было не только напоминанием о поспешном бегстве, но и сознательным противопоставлением "хлебу рабства", сложным, заквашенным хлебам египетской цивилизации, от которой нужно было дистанцироваться.

Корень слова "хлеб" ("лехем") на иврите родственен корню "воевать" ("леилахем"), что неслучайно: борьба за хлебные поля часто была причиной войн. Упомянутый в Книге судей сон воина о ячменной лепешке, опрокидывающей шатер мидьянитов, – это образ, максимально понятный древней аудитории. Ячмень – зерно бедняков, созревающее раньше пшеницы, символ выносливости и простоты. Он идеально олицетворял судью Гидеона и его небольшое, плохо вооруженное ополчение из земледельцев. Шатер же – символ кочевых мидьянитов-скотоводов. Сон предвещал, что сила земледельца сокрушит уклад кочевника.

В конечном счете, история хлеба в Танахе – это история о том, как самое простое и насущное становится сакральным. Это напоминание о том, что цивилизация начинается не с дворцов или законов, а с поля, зерна и тепла печи.

Това Дикштейн – израильская исследовательница, лектор и специалист по культуре и быту Страны Израиля в древности. Родилась в мошаве Бат-Шломо и более 25 лет работает в природно-историческом заповеднике "Неот Кдумим". Она является автором исследований о традиционной пище в контексте библейской, мишнаитской и талмудической эпох.